ЛОГУНОВА Людмила Владимировна, клинический психолог,
председатель Правления Гомельского благотворительного общественного объединения
«Центр поддержки семьи и материнства «Мамалето»».
Доклад «Нейрофизиология подросткового возраста»
на V ежегодном Форуме Белорусской Православной Церкви
«Семья: сегодня, завтра и всегда»
Сегодня мы поговорим о нейрофизиологии подросткового возраста – о том, как устроен мозг подростка и почему они поступают так, как поступают. В основе доклада – материалы книги Лоуренса Стейнберга «Переходный возраст. Не упустим момент», где он опирается на результаты современных исследований.
Что такое подростковый возраст
Подростковый возраст – это жизненный этап от начала полового созревания до достижения дееспособности, то есть экономической и социальной независимости от родителей или других значимых взрослых.
Сейчас возраст начала полового созревания снизился – нормой считается старт примерно с 10 лет. А вот окончание подросткового возраста обозначить сложнее: социальная и экономическая независимость может наступать очень поздно, вплоть до тридцати с лишним лет.
Нейрофизиологи говорят, что полная зрелость головного мозга наступает после 20 лет – примерно к 21–23 годам. К этому времени человек уже по‑другому принимает решения, берёт на себя больше ответственности, лучше контролирует себя и может прогнозировать последствия своих действий.
Три точки созревания
Лев Семёнович Выготский выделял три точки созревания: органическую, половую и социальную.
Раньше, исторически, половое и социальное созревание примерно совпадали.
Если мы посмотрим на ситуацию 50, 100, 150 лет назад, то увидим, что:
- самостоятельная жизнь юношей и девушек начиналась гораздо раньше;
- меньше времени уходило на обучение;
- экономическая независимость наступала раньше.
Органическое созревание мозга подтягивалось через несколько лет, и человек в целом гармонично входил во взрослую жизнь и отвечал за свои поступки.
Сейчас порядок другой:
- первым стартует половое созревание;
- органическое созревание мозга – через несколько лет;
- социальное созревание наступает значительно позже.
Именно поэтому подростковый, переходный возраст так растянулся и сопровождается такими яркими, порой болезненными проявлениями. Родители часто не понимают, как с этим обращаться и что регулировать.
Нейропластичность: второй «период от нуля до трёх»
Нейрофизиологи называют подростковый возраст «вторым периодом от нуля до трёх».
В возрасте от 0 до 3 лет происходит самое быстрое формирование нейронных связей – мозг ребёнка растёт и изменяется с колоссальной скоростью. Подростковый возраст по уровню нейропластичности сравним с этим периодом и даже значительно опережает взрослый возраст.
Нейропластичность – это способность мозга изменять нейронные связи под воздействием опыта. Это палка о двух концах:
- время огромных возможностей для позитивных изменений;
- и одновременно время серьёзных рисков, когда негативный опыт тоже очень глубоко переписывает мозг и поведение.
Кора и подкорка: кто за что отвечает
Посмотрим, какие структуры мозга будут для нас ключевыми.
Лобные доли и префронтальная кора
Лобные доли коры (префронтальная кора) созревают и формируются окончательно именно в подростковом возрасте. Они отвечают за:
- осознание своих потребностей и потребностей других людей;
- построение планов, постановку целей и движение к ним;
- управление мотивацией;
- прогнозирование последствий своих действий;
- самоконтроль и произвольное управление поведением;
- регулирование эмоций и мыслей.
Яркий этап формирования этих связей приходится как раз на подростковый возраст.
Лимбическая система
Под корой располагается лимбическая система – та часть мозга, которую мы в быту часто называем «подкоркой».
Она отвечает за:
- чувства и эмоции;
- бессознательную мотивацию;
- быстрые поведенческие реакции;
- эмоциональную оценку вознаграждения и наказания;
- приспособление к изменениям окружающей среды.
В лимбическую систему входят, в частности, миндалевидное тело и гипоталамус, которые формируют опыт «приятно/неприятно», «опасно/безопасно» и задают эмоциональный фон наших решений.
Внешняя и внутренняя мотивация
До определённого возраста ребёнок регулируется в основном внешней мотивацией – взрослый задаёт цели и «подкрепления»:
- «сделаешь – будешь молодец»;
- «получишь награду»;
- «не сделаешь – будет наказание».
В норме эта внешняя мотивация постепенно должна уступить место внутренней – когда человек действует, опираясь на собственные цели, ценности, представление о важном и правильном.
В подростковом возрасте как раз активно:
- формируются сознательные ценности;
- строятся новые связи между корой и лимбической системой;
- человек учится не только следовать импульсу «хочу сейчас», но и соотносить его со своими целями и принципами.
До этого момента ценности в основном впитывались из среды – из семьи, окружения, без особой критики. Теперь подросток сознательно формирует свои ценностные ориентиры. Поэтому работа по формированию ценностей семьи, материнства, ответственности за детей именно в подростковом возрасте и оправдана, и особенно важна.
Что происходит со «старыми» нейронными связями
До подросткового возраста тоже существуют элементы самоконтроля, но в большей степени поведение ребёнка регулируется извне – родителями, педагогами и другими значимыми взрослыми.
Если сформированные связи не используются, они начинают отмирать – происходит так называемый синаптический прунинг. Это можно представить как тропинки в лесу:
- по тропинке ходили – она чистая и понятная;
- перестали ходить – тропинка зарастает травой.
Если мы не даём ребёнку реальной самостоятельности (сами собираем портфель, ведём его расписание, делаем с ним уроки, решаем за него бытовые задачи), то связи, отвечающие за ответственное, осознанное поведение, не формируются и «зарастают».
Отсюда правило для нейронных сетей: «используй или потеряешь; используй и усовершенствуй».
Поведение подростка: несинхронная работа отделов мозга
Поведение подростка определяется тем, что префронтальная кора и лимбическая система развиваются и активируются не одновременно.
- Лимбическая система «впереди»: эмоциональность, стремление к удовольствиям, тяга к рискованному поведению.
- Префронтальная кора «отстаёт»: планирование, анализ последствий, самоконтроль ещё не дозрели.
Три этапа взаимодействия коры и лимбической системы
- Старт подросткового периода. Резко возрастает эмоциональность: подросток импульсивный, вспыльчивый, резкий, реагирует «как ёжик», а не «послушный зайчик». Это первая волна – мощное возбуждение лимбической системы и тяга к удовольствиям.
- Постепенное дозревание коры. Структурная организация префронтальной коры улучшается медленно и в среднем завершает основной этап к 16 годам. Это происходит не только физиологически, но и социально – если подростка реально нагружают ответственностью и самостоятельностью:
- ходить в магазин;
- планировать и распределять карманные деньги;
- самостоятельно добираться куда‑то;
- следить за учёбой и расписанием.
- Формирование устойчивых связей и полноценной саморегуляции. Связи между лимбической системой и префронтальной корой формируются позже – после 20 лет. К этому времени человек становится «опытным водителем» своего поведения: эмоции не исчезают, но гораздо лучше регулируются.
Отсюда важный вывод: даже если подросток выглядит взрослым физически, его способность к саморегуляции ещё не сформирована до конца. Нельзя просто убрать все границы и правила только потому, что «он уже большой».
Форма взаимодействия меняется: мы меньше «контролируем и приказываем» и больше выстраиваем договорённости, но границы и рамки всё равно остаются необходимыми.
Информационное море и уязвимость подросткового мозга
Подросток живёт в информационном море: интернет, соцсети, медиа. Его мозг пока не умеет:
- правильно ранжировать информацию по значимости;
- отделять главное от второстепенного;
- хорошо видеть практические последствия того, что он потребляет.
Префронтальная кора, отвечающая за приоритизацию и критический анализ, ещё дозревает, поэтому подросток легко «залипает» на яркие, эмоционально заряженные потоки контента.
Эксперимент со «средой сверстников»
Лоуренс Стейнберг описывает эксперимент с симулятором вождения.
Подростку давали «руль» и задачу: доехать из пункта А в пункт Б за наименьшее время и без аварий.
Было три условия:
- рядом сидят сверстники;
- он один;
- рядом взрослые (родители или другие значимые взрослые).
Результаты:
- быстрее всегоподростки ехали, когда рядом были сверстники;
- оптимальное сочетание скорости и аккуратностибыло, когда подросток сидел за «рулём» один;
- присутствие взрослых делало стиль вождения более осторожным, но менее «резким».
Вывод: подростковая среда подталкивает к более рискованным действиям, это то, что нейрофизиологи образно называют «коллективной глупостью».
Эмоции и стрессоустойчивость
Любое поведение можно оценить по двум параметрам:
- интенсивность эмоций;
- способность справляться со стрессом и регулировать эмоции.
В подростковом возрасте:
- интенсивность эмоций очень высока;
- способность удерживать и перерабатывать эмоциональное напряжение – снижена.
Если добавить усталость, стресс, болезнь, то способность к саморегуляции падает ещё ниже.
Дофамин, центр удовольствия и риски зависимостей
Важную роль играет нейромедиатор дофамин. Он:
- даёт ощущение удовольствия;
- формирует мотивацию повторять приятный опыт снова и снова.
В подростковом возрасте:
- количество дофаминовых рецепторов выше, чем у взрослых;
- центр удовольствия в лимбической системе реально увеличен по размеру и более возбудим.
Это приводит к тому, что:
- потребность в удовольствиях максимально высока;
- позитивный опыт «впечатывается» особенно сильно;
- мозг гораздо более восприимчив к химическим удовольствиям– алкоголю, никотину, наркотикам.
Если употребление таких веществ начинается рано, центр удовольствия «не сворачивается» до взрослой нормы, и риск формирования зависимостей значительно возрастает – даже если позже это будут уже не химические, а поведенческие зависимости.
Отсюда практический вывод: до 15–16 лет, когда тяга к удовольствиям особенно сильна, подростка важно ограничивать и ограждать от таких стимулов, не нормализовывать их «по чуть‑чуть» за семейным столом, не относиться к вейпам и подобному как к мелочи.
Награда, эмоции и мнение сверстников
Подростки гораздо сильнее реагируют на вознаграждение, чем на угрозу наказания. Их проще мотивировать позитивной наградой, чем страхом.
Самое значимое вознаграждение для них:
- реакция сверстников;
- признание и выделенность в группе.
Меняются и области мозга, отвечающие за реакцию на мнение других людей: подростки становятся особенно чувствительны к оценке окружающих, но прежде всего – ровесников, а не взрослых.
Поэтому:
- правонарушения, девиантное поведение, первые эксперименты с алкоголем, сексом, наркотиками чаще происходят в компании сверстников;
- эффект «коллективной глупости» усиливает индивидуальную склонность к риску.
Классическая родительская фраза: «Все пошли прыгать с крыши, и ты пойдёшь?» – в подростковой логике имеет честный ответ: «Пойду».
В группе влияние социальных мозговых механизмов в этом возрасте сильнее, чем индивидуальный самоконтроль.
Контролируемый риск: куда направить энергию
Раз мы знаем, что рискованное поведение подросткам интересно и связано с особенностями развития мозга, задача взрослых – создавать контролируемые зоны риска.
Это могут быть:
- виды спорта с элементами риска (скалолазание, туризм, прыжки с парашютом, единоборства и т.п.);
- походы, туристические слёты, экспедиции;
- активные командные мероприятия с физической нагрузкой.
Там подросток:
- удовлетворяет потребность в риске;
- остаётся под контролем взрослых;
- получает социальное признание и опыт преодоления.
Если такой легитимный канал не предложить, он с большой вероятностью найдёт себе «приключения» в более опасных формах.
Что могут делать взрослые
Подведём это к практическим шагам.
- Давать право на решения и ошибки.
Подростку нужно разрешать:
- принимать решения в рамках своих возрастных возможностей;
- совершать ошибки и исправлять их.
Это касается:
- школы (уроки, сборы, опоздания, организация времени);
- бытовых навыков (сходить в магазин, приготовить еду, спланировать свои деньги).
То, что раньше казалось «само собой разумеющимся», всё чаще приходится целенаправленно обучать – но именно через реальную ответственность, а не через бесконечный контроль.
- Ставить отношения выше контроля.
Подросток обращает внимание на требования взрослых только тогда, когда с ними есть доверительные отношения.
- Эпоха прямого тотального контроля заканчивается.
- На первый план выходят договорённости и диалог.
- Сначала – отношения, потом требования.
Так как подростки очень восприимчивы к эмоциям, они легко «вываливаются» из взаимодействия, если взрослый злой, агрессивный, кричит. В состоянии эмоционального возбуждения ребёнок просто не слышит содержания требований. Только спокойный взрослый может эффективно руководить и задавать рамки.
- Учитывать эффект «прыгну, мама, прыгну».
Фраза «Прыгну, мама, прыгну» довольно точно описывает естественное состояние мозга в подростковый период. Подросток сильнее подвержен влиянию группы, чем когда‑либо.
Задача взрослых – организовывать среду общения с минимальными рисками:
- не бросать подростка с фразой «сам решай, с кем дружить и чем заниматься»;
- создавать реальные пространства – клубы, секции, туристические группы, общинные проекты;
- помогать подросткам входить туда, удерживаться и находить там признание и «адреналин» в безопасных формах.
Походы, тургруппы, волонтёрские и приходские проекты – это одновременно:
- развитие навыков;
- ощущение рискованности и приключения;
- рост самооценки и чувства собственной значимости.
Видео выступления с докладом на Форуме:
